Служба поддержки клиентов: 8-800-100-2542 +7(8552) 77-33-88
Круглосуточно, звонок
по РФ бесплатный
Для звонков из любой точки мира,
звонок оплачивается по тарифам
Вашего оператора связи
Нажмите для увеличения
АКИБАНК » Актуальное мнение » Блиц-интервью Bankir.Ru

Блиц-интервью Bankir.Ru

Версия для печати

Ильдар Галяутдинов

Председатель правления

Когда я пришел, в банке работало 7 человек

- Акибанк – крупнейший в городе Набережные Челны и третий по величине в Республике Татарстан. В ноябре ему исполняется 17 лет. С чего все начиналось?

- Это был период, когда достаточно легко было создавать банки. К их капиталам не было таких требований, как сегодня. В 1993 году группа мелких предпринимателей создала этот банк. Однако уже первый год его деятельности мог оказаться и последним – ему реально грозил отзыв лицензии. Этот банк, когда я приобрел контрольный пакет акций, представлял собой маленькое, убыточное кредитное учреждение, которое располагалось на 130 квадратных метрах, в полуподвальном затапливаемом помещении. Работало в нем 7 человек вместе с водителем и уборщицей.

Когда я поехал в Национальный банк на утверждение в качестве председателя правления, никто к этому серьезно не отнесся. Мне говорили – что ты делаешь, эту организацию все равно лишат лицензии, а ты потом не сможешь работать в банковской сфере. Но я был человеком молодым, со свойственными моему возрасту оптимизмом, потребностью в приложении своих сил, в новых познаниях. В то время я учился заочно в аспирантуре, преподавал на юридическом факультете Казанского университета, занимался юридической практикой и по этому поводу абсолютно не переживал; ну, не получится стать банкиром – пойду преподавать.

Реальность оказалась куда драматичнее, чем я себе представлял: положение у банка было аховое, а времени на его исправление было очень мало. Сложный был период, приходилось работать сутками, встречаться с руководителями предприятий, находить доводы, чтобы убедить их стать клиентами и, главное, оправдать их доверие.

Менее чем за квартал банк стал прибыльным.

- Как из убыточного банка за квартал сделать прибыльный?
- Мне везет на людей. В какой бы сфере и чем бы я ни занимался, мне всегда встречаются хорошие люди.

Я пригласил достаточно сильную команду, которая и сегодня со мной. В течение короткого времени, и, конечно, в результате серьезных больших усилий, нам удалось создать неплохой банк. Хотя в то время и пресловутый административный ресурс был не в нашу пользу, и даже мэр города того времени предупреждал на совещаниях, чтобы у нас счета не открывали. Всякое было.

- Как у всякой серьезной организации, у Акибанка есть Миссия. В чем она заключается?
- Прежде всего, банки находятся в острой конкурентной среде. И если ты не определяешь свою роль и свое место во взаимоотношениях с неограниченным кругом социальных партнеров и не проводишь определенную идеологию, которую должны поддерживать все работники банка, то, наверное, нельзя быть успешным.

Наша миссия определяется в общем как помощь – потому что мы относимся к сфере услуг – тем, с кем мы работаем, и потенциальным нашим партнерам, независимо от того, корпоративные это клиенты или физические лица. Обеспечение роста благосостояния акционеров наряду с ростом благосостояния наших клиентов. Мы этой идеологией живем все эти годы, и в принципе она себя оправдывает.

- Как бы вы определили одним словом характер банка? Консервативный, агрессивный, осторожный, рискованный?
- Мы достаточно динамично развиваемся все эти годы. Но при этом я не скажу, что банк является агрессивным на рынке. Скорее всего, мы приверженцы консервативного подхода и органического развития. Хотя, на мой взгляд, сегодня ситуация на рынке такова, что возможности быстрого органического роста исчерпаны.

Наверное, будущее – за слияниями, присоединениями, поглощениями. Потому что растут требования к капиталу банков, увеличиваются потребности заемщиков. По окончании текущего кризиса, на мой взгляд, мы будем свидетелями того, что процессы в банковской среде будут несколько иными, нежели то, что мы привыкли наблюдать до этого.

Вероятнее всего, новая динамика роста банков будет определяться именно этими факторами – слияниями и поглощениями. Потому что кризис очень здорово потрепал и кредитные организации, и предприятия.

- И Акибанк тоже?
- Все кредитные организации потрепал: и мелкие, и средние, и крупные. Во-первых, рентабельность банковского бизнеса очень невысока. Сегодня для многих это дело просто неинтересно. Поэтому сложно находить, например, капитальную базу. С другой стороны, очень мало предприятий, которые могли бы участвовать в эмиссии акций банков, так как регулятор очень строго подходит к оценке финансового состояния потенциальных акционеров. И это тоже сужает круг тех, кто мог бы участвовать в увеличении капитала кредитных организаций.

Те банки, которые сумели скопить достаточно большой капитал, могут стать ядром по объединению вокруг себя в той или иной форме разных банков. Это могут быть как прямые слияния, присоединения и поглощения, так и создание каких-то иных форм работы кредитных организаций, которые будут сохранять свою самостоятельность какой-то период времени. Но, может быть, я и ошибаюсь. Поживем – увидим.

- Вы свой банк позиционируете как такое «ядро»?
- В какой-то мере да. Существующий капитал на сегодняшний день позволяет позиционировать себя таким образом. Хотя, с другой стороны, я не понимаю нынешней маниакальной борьбы с мелкими банками. Мы сами, скорее, крупный банк. Понятно, что и среди таких структур есть гигантские отличия – где Сбербанк находится, а где Акибанк. Тем не менее, по ранжиру, который ведет Центральный банк, мы относимся к крупным банкам – и по капиталу, и по активам. Но дело в том, что, если мы хотим развивать в России бизнес, особенно малый и средний бизнес, то лучше небольших банков на их потребности никто не отзовется.

Вот, скажем, небольшой швейцарский город Лугано. В одном Лугано 75 банков. Местных. Это совсем маленькие банки. В Швейцарии, чтобы создать банк, нужно 20 млн. франков – это 600 млн. рублей. И они работают! В Австрии – сотни банков. В Соединенных Штатах – тысячи. Почти 10 тыс. банков разного уровня работают в США.

Если банк работает, если он выполняет нормативные требования, если не нарушает закон, если получает прибыль и устраивает своих акционеров и клиентов, зачем с ним бороться-то? Он уйдет с рынка, если не сможет работать, получать прибыль. Но если он это делает, если все соблюдает, какое значение имеет размер его капитала?

Безусловно, должен быть определен минимальный размер капитала. Потому что без определенной суммы в капитале банка банк не может приобрести даже основные средства, программные продукты, которые необходимы для ведения банковской деятельности. Какая это сумма – сложно сказать.

В той же самой Швейцарии и Европе работает много банков, капитал которых эквивалентен 600 млн. рублей. Может быть, эту цифру принять за основу и работать, а не заниматься борьбой с мелкими и средними банками? Может, как-то их по-другому ранжировать, определить, скажем, географию их деятельности, – какие банки могут работать в пределах субъекта федерации, города, может быть, даже села. Определить соответствующие нормативные требования к ним – более жесткие, или, наоборот, более мягкие. И позволить всем участникам рынка работать. Ведь не факт, что крупный банк несет в себе меньшие риски, чем мелкий.

- Практика показывает, что наоборот.
- Да, пока происходит наоборот. Возьмите, например, ситуацию с Межпромбанком. А были до этого – Инкомбанк, Онэксимбанк, Империал, Промстройбанк, Гута-банк. Огромные, гигантские финансовые институты. А мелкие банки живут, и их достаточно много. Я сторонник того, чтобы в эту сферу деятельности меньше вмешиваться. Текущий кризис в первую очередь нанес урон мелкому и среднему бизнесу. Он, к сожалению, очень плохо поддерживается в России, испытывает максимальное административное давление. Именно на мелкий и средний бизнес могут давить участковые, санитарные врачи, пожарные, да кто угодно.

Сегодня мы потеряли очень много небольших предприятий. Это видно даже из показателей доли мелкого и среднего бизнеса в общем объеме валового внутреннего продукта России. Она неприлично мала не только по сравнению с развитыми экономиками, но даже и с развивающимися; если мы говорим о БРИК, то имеем отставание в разы и от Китая, и от Бразилии, и от Индии. Безусловно, малый и средний бизнес нуждается в определенной защите и поддержке, индивидуальном подходе.

А мелкие и средние банки в силу нормативных требований – тот же шестой норматив у них маленький - могут работать только с мелкими предпринимателями. Это целый пласт бизнеса, и роль этой категории в экономике должна нарастать. Такие банки более технологичны, более конкурентны, мобильны. Не ходят с протянутой рукой. Сами себе зарабатывают средства. Не просят помощи у государства, а свои проблемы сами решают. Именно такие банки и организации, на мой взгляд, должны стать социальной базой власти.

- Вы рассматриваете малые и средние компании как одно из приоритетных направлений деятельности?
- Рассматриваем их как приоритетное направление нашей деятельности в будущем. Потому что, во-первых, это сниженная концентрация рисков на одного заемщика. Во-вторых, это диверсификация, потому что малый и средний бизнес работает в совершенно разных отраслях – это и услуги, это и производство, а часто - высокотехнологичное. Мы их ценим, и нам бы хотелось, чтобы их было больше.

Текущий кризис привел к тому, что, конечно, у банков произошла концентрация рисков. У нас выросли кредиты на крупных заемщиков, на крупных корпоративных клиентов. Выросли абсолютные величины кредитов. Потому что деньги надо зарабатывать, а мелкий и средний бизнес уходит. Мы идем сегодня в сторону крупного бизнеса. В принципе, развитие крупных предприятий приведет к тому, что вокруг них со временем, я думаю, начнет оживать и мелкий, и средний бизнес. Допустим, Набережные Челны – это же яркий показатель. Многие предприятия привязаны к КАМАЗу. И если КАМАЗ «чихает», то, к сожалению, «нездоровится» и небольшим предприятиям.

Мы постарались создать максимально комфортные условия мелким и средним поставщикам комплектующих на КАМАЗ, поставщикам услуг по аутсорсингу. Основной костяк удалось сохранить, и я считаю, что роль в этом нашего банка была существенна. Хотя, безусловно, в первую очередь это умение, желание, усилия самих субъектов предпринимательской деятельности. Но мы их старались поддержать. Сегодня многие из них реанимируются, вновь начинают нанимать людей на работу, постепенно выходят на операционную прибыль.

- Как вы считаете, микрофинансовые организации смогут составить конкуренцию банкам в части кредитования малого бизнеса?
- Потребность российской экономики в ресурсах настолько велика, что есть чем заняться и банкам, и микрофинансовым организациям. При этом есть определенные пределы рентабельности, за которые банки не хотят переступать. Допустим, для нашего банка заниматься выдачей микрокредитов – не очень выгодно. Мы содержим персонал, у нас большая надстройка, большие накладные расходы, и те доходы, которые получаешь от кредитов в 15, 20 или 50 тыс. рублей, сами себя не оправдывают, для нас это нерентабельно.

Для более мелких банков приемлемы меньшие суммы, а тем более – для микрофинансовых организаций. Кроме того, у них нет тех нормативных требований, которые применяются к банкам, нет резервирования. Рентабельность микрофинансовых организаций в любом случае выше рентабельности банков. Поэтому, я думаю, что это две сферы, которые между собой какое-то время особенно пересекаться не будут, а просто дополнят друг друга. Акибанк является донором некоторых микрофинансовых организаций. Они у нас берут кредиты, и мы достаточно давно с ними работаем.

- Какое место в вашем бизнесе занимают физические лица?
- В течение этого и следующего года мы планируем активизироваться в ритейле, в частности, по кредитным продуктам. Мы достаточно консервативный банк и стремимся диверсифицировать риски. А в кризис заниматься надо тем, что у тебя лучше получается. У нас обслуживание корпоративных клиентов традиционно налажено лучше, потому что изначально банк вел свою деятельность как корпоративный. Сейчас увеличиваем объемы работы с физлицами: последние 3 – 4 месяца устойчиво растет портфель кредитов физических лиц.

Мы предоставляем ссуды физическим лицам на потребительские нужды, на покупку автомобилей, в том числе по государственной программе субсидирования, кредиты по банковским картам. Активно занимаемся ипотекой. По оценкам одного из рейтинговых агентств, мы на 30-м месте, по оценкам другого – на 33-м месте в России по объему выданных ипотечных ссуд. У нас есть своя собственная ипотечная программа. Она небольшая, потому что у нас нет достаточно долгого фондирования, суммы невелики. В общем, мы занимаемся тем же, чем и многие другие: кредитуем по стандартам АИЖК, по стандартам банка «Дельта-Кредит», который входит в группу «Сосьете Женераль».

- Сейчас стремительными темпами идет технологическое обновление взаимоотношений с клиентами – интернет-банкинг, банк-клиент, мобильный банкинг. Успеваете за прогрессом?
- Безусловно, мы занимаемся дистанционным банкингом, несмотря на кризис. Интернет-банк доступен как для корпоративных клиентов, так и для физических лиц. Есть своя сеть киосков самообслуживания по приему платежей наличными и с использованием банковских карт. Пользователи говорят, что у нас очень удобный интерфейс. Полностью меняем платформу по пластиковому бизнесу. По карточным проектам работаем с международными платежными системами. Со следующего года у нас заработают EMV-карты. Развиваем мобильный банкинг. То есть стараемся не отставать от современных технологий.

Вместе с тем, ставя задачи в области повышения технологичности банка, руководствуемся здравым смыслом и целесообразностью. Иногда можно увлечься технологиями настолько, что вложенные средства никогда не окупятся. Технологии не стоят на месте, поэтому мы стараемся прогнозировать спрос на пятилетний период и, исходя из него, постепенно ведем модернизацию нашей ИТ-системы и продуктов.

Европейские коллеги, с которыми я общался, говорили, что платежные терминалы – это временное увлечение. Год – два, и их не будет, все уйдут в интернет-банкинг. Но Россия опять пошла своим путем. Как ни странно, терминалы у нас развиваются, и население их начинает осваивать. Хотя, казалось бы, очень удобно – зайди в интернет, на сайт ГИБДД, налоговой, посмотри, какие претензии у госорганов к тебе, заплати штрафы, налоги… Но у населения пока другие стереотипы.

- Вопрос по поводу источников фондирования. Длинных ресурсов сейчас нет ни у кого. А какие есть?
- Длинных ресурсов нет, потому что для этого пока нет механизмов. Мы надеемся, что кризис подвигнет наши власти к тому, чтобы появились механизмы, которые позволяли бы аккумулировать в тех или иных фондах, страховых компаниях и в первую очередь в пенсионных фондах, достаточно длинные ресурсы. Я не понимаю, почему этого не делается. Может, просто руки не доходят, или есть какие-то другие причины. Но есть мировой опыт, по которому все равно рано или поздно Россия пойдет. Например, сегодня обсуждаются сберегательные сертификаты.

Теперь этот вопрос вышел на уровень Минфина, подготовившего поправки к Гражданскому кодексу. Безусловно, банки будут давать по ним определенную премию против обычных вкладов. И это уже гарантия того, что у кредитных организаций будут появляться срочные средства, а не средства «до востребования». В 2008 году все убедились в этом в очередной раз. Я думаю, что это уже достаточно большой шаг. Появится новый рынок, где будут обращаться эти сертификаты.

Надеюсь, что со временем будет развиваться такая форма сбережений, как негосударственные пенсионные фонды, которые позволят появиться «долгим» деньгам. Надеюсь, что в России будет развиваться страхование жизни и имущества, появятся некоторые виды обязательного страхования, против чего население, конечно, протестует. Понятно, почему это происходит – уровень жизни людей очень невысокий. Но никто не гарантирован от каких-либо катаклизмов, в чем убедило нас это лето.

Вероятно, все это будет постепенно происходить, и рано или поздно более длинные средства у банков появятся. Пока их нет, мы оперируем ресурсами, которые у нас есть. Могу сказать, что сейчас происходит удлинение сроков привлечения денег. Это средства физических и юридических лиц, собственный капитал банка.

- Вы с сельским хозяйством серьезно работаете. Это рискованный сектор экономики…
- Если говорить об обслуживании аграрных предприятий, то мы работаем с теми из них, которые реализуют программы в рамках национального проекта развития сельского хозяйства. Риски там страхуются, и достаточно неплохо, государством. Та поддержка, которая оказывалась и оказывается сельхозтоваропроизводителям, хоть мы и жалуемся, что она в 26 раз меньше, чем в Европе, и в 30 раз меньше, чем в США, тем не менее, достаточно существенная. Это субсидирование двух третей процентной ставки по ставке рефинансирования Банка России из федерального бюджета и одной трети ставки рефинансируется из бюджета субъекта федерации. Это субсидии на корма, ГСМ и приобретение семенного материала… Сейчас появились субсидии на транспортировку зерна из других регионов в связи с засухой. Поэтому рисков на самом деле меньше.

Кроме того, мы очень внимательно относимся к выбору аграрных проектов. Поддерживаем только те из них, которые позволяют достигать результатов сопоставимых с достижениями лучших предприятия Европы в той же отрасли. «Челны-бройлер», «Камский бекон» показывают результаты, соответствующие лучшим европейским стандартам, причем по всем параметрам, в том числе и по производительности труда.

Все эти предприятия прибыльные. У них есть запас прочности, достаточный уровень рентабельности. Но самое главное – продукция этих компаний востребована на рынке, и они видят для себя возможности для дальнейшего роста. Это означает, что расчеты делались грамотно и бизнес-план составлялся очень ответственно.

Реализация этих проектов идет уже больше пяти лет, пока осечек не было. Хотя за это время возникали разные ситуации – я имею в виду погодные условия, урожай, цены на сырье и конечную продукцию. Поэтому я надеюсь, что все будет неплохо. Тем более, что сейчас принято решение о дополнительных мерах поддержки сельхозтоваропроизводителей, и те программы, которые принимали до 2012 года, сегодня пролонгированы до 2020 года, что внушает определенный оптимизм. Мы надеемся, что инвестиционный период эти предприятия завершат в 2012-м году, выйдут на проектную мощность, а дальше пусть занимаются плановой работой, возвратом денег, приносят прибыль владельцам…

- Как переживали кризис? Какие были проблемы и как их решали?
- Кризис мы пережили… и переживаем, потому что я считаю, что он пока еще не прошел. Поэтому всегда говорю «текущий кризис», несмотря на оптимизм, который излучают некоторые. Пока я очень осторожно ко всему этому отношусь…Кризис мы переживали и переживаем, наверное, так же, как и все другие, потому что чудес не бывает. У нас были проблемы с возвратом кредитов, мы были вынуждены создавать достаточно большое количество резервов.

Этот кризис показал незащищенность кредиторов. Дела в судах рассматриваются долго. Залоговое право реализовать очень сложно. И в целом, если говорить объективно, наше гражданское законодательство отстает от текущих экономических реалий. На мой взгляд, оно нуждается в определенной коррекции, и по поводу защиты интересов кредиторов в том числе. Люди часто забывают, что банк – это не благотворительный фонд, во-первых, а во-вторых, это организация, которая аккумулирует средства населения и предприятий. И когда кто-то борется с банком, не возвращая ему кредит, по сути дела он борется с населением, с вкладчиками, с предприятиями, которые свои деньги там держат.

Если наш законодатель практически рассматривает финансовые институты как особые субъекты гражданско-правовых отношений, а это так и есть, то, наверное, надо особо рассматривать и защиту интересов банков как кредиторов. У нас судебная система такова, что можно судиться и три, и пять, и десять лет. За это время все, что угодно, может произойти. И никто за это не отвечает. Я еще не знаю ни одного случая, чтобы кого-то посадили за невозврат кредитов. В моей практике этого не было.

В мутной воде половить рыбку желающих было очень много. Когда начался кризис, многие просто умышленно пытались избегать исполнения своих обязательств. У нас такие должники были тоже, но, к счастью, не столь существенные суммы. Помните ту вакханалию в средствах массовой информации, когда с утра до вечера учили, как не возвращать кредиты?

Я считаю, что надо законодательство приводить в соответствие с тем опытом, который мы все получили. Гражданско-правовые отношения, в первую очередь, договоры вкладов, договоры займа и исполнение обязательств по ним как банками, так и заемщиками, надо приводить в соответствие с общепринятыми мировыми нормами.

Если мы хотим какие-то финансовые центры создавать в России, то, помимо инфраструктуры, нужно говорить о защите интересов инвесторов и кредиторов. Пока эти вопросы никак не решаются на законодательном уровне. Вероятно, когда-то они и будут решаться, потому что это серьезные потери и риски, в том числе для самого государства и его бюджета. И этими вопросами стоило бы очень серьезно заняться как банковскому сообществу, так и законодательным органам.

Информация актуальна на 05.10.2010
© 2022 ПАО «АКИБАНК»
Лицензия ЦБ РФ № 2587
Закрыть
8-800-100-2542 Круглосуточно, звонок
по РФ бесплатный
8 (8552) 77-33-88 Для звонков из любой точки мира,
звонок оплачивается по тарифам
Вашего оператора связи

Адреса на карте